София Ротару: «После съёмок фильма «Старые песни о главном» мы с Пугачёвой шикарно погуляли – до трёх часов ночи пели и пили…»

   Народная артистка СССР отмечает 30-летие своей творческой деятельности.

 

    София Михайловна теперь живёт в Киеве. В самом центре. В роскошной квартире с фисташковой кухней и персиковой гостиной. Её дизайн – дело рук сына Ротару Руслана. Последнее время он занимается делами знаменитой мамы.

   Ей-богу, сегодня София Михайловна выглядит потрясающе! Даже ненакрашенная, с наспех заколотыми волосами. В модных джинсах, короткой маечке с мультяшкой из песни «Девчонка с гитарой» - ей не дашь и… Впрочем, какая разница.

 

  «Когда мы думали, какой я должна стать, московский стилист Алишер сказал: «Самый модный – это ваш первый образ»

 

-                     Глупо как-то начинать с комплиментов, но…

-                     Недаром же я три месяца мучилась! Недавно вышла на сцену дворца «Украина», а со всех сторон слышу: «Это София?», «Это вы?» Представляете, меня не узнали! Ведь раньше я была с чёлкой, располневшая. А теперь… Делала всё возможное, чтобы привести себя в форму. Теперь никакого живота и лишних килограммов! Руслан купил мне тренажёр. Со мной работала массажистка, я сидела на строгой диете: только фрукты да овощи. Уважаю женщин, которые следят за собой и не жалеют на это никаких денег. Ведь постареть можно в одно мгновение! А я ещё долго хочу быть молодой. Кстати, первыми заметили моё преображение коллеги на «Песне года».

-                     Представляю себе реакцию Аллы Борисовны…

-                     Практически никакой. Мы увидели друг друга, поприветствовали, и всё. Зато Лайма давай кричать: «Софа, ты?!» А потом, обращаясь к Леонтьеву: «Валера, иди скорей, посмотри на Софу!» По-моему, он тоже был поражён… На самом же деле, мой образ – это хорошо забытое старое. Когда мы раздумывали, какой же я должна быть, мой имиджмейкер,  новомодный московский стилист Алишер, сказал: «Самый модный – это ваш первый образ». Меня подстригли, покрасили, вытянули волосы, сделали прямой пробор. Я даже пикнуть не успела. Зато, увидев себя в зеркале, ахнула.

-                     Понимаю…

-                     Ведь раньше как было: через худсовет не протащишь никаких новшеств. Хотя, с другой стороны, он же не пропускал на сцену бездарных людей. А теперь спрашивают, почему наше поколение такое талантливое?

-                     То есть худсовет – это не так и плохо…

-                     Однозначно ответить невозможно. Зато тогда у всех нас – Аллы, Леонтьева, Лещенко – был такой подъём! Я сельская девчонка, разве могла мечтать о том, что буду выступать на лучших сценах страны? Но в то время было принято поддерживать таланты из областей. А сколько костюмов шили! Помню, когда я стала победительницей республиканского смотра художественной самодеятельности в Киеве, меня пригласили выступать на сцене Кремля. Областной отдел культуры выделил нам деньги, чтобы мы достойно выглядели.

-                     Неужели и наряды сшили?

-                     Тогда мне очень помог как модельер Вася Зинкевич. Моё первое платье, красное с ромбиками, - это его идея. Потом много костюмов мне шила жена руководителя ансамбля «Смеричка» Левка Дудкивского, Алла. В моих костюмах всегда было много ручной работы, её делали женщины из Новосельского района. Помню, с песней «Отчий дом», которую я исполняла вместе Карелом Готтом, я выступала в Германии. На мне было платье, расшитое вручную мастерицами. Карел всё интересовался: «Кто это сделал? Что они закончили, где учились?» Потом подошёл ко мне и застенчиво спросил: «А мне они могли бы что-нибудь вышить?..»

-                     Вы, как истинная женщина, конечно, не отреагировали на его просьбу…

-                     Ну почему? Мне не жалко. Пообещала, что сделают.  Вообще мне везло на хороших талантливых людей. Мне крайне редко приходилось петь то, что НУЖНО. Я всегда была против политических песен, потому что воспитывалась на народной молдавской музыке. Да и дома говорили только на молдавском.

 

        « Я посмотрела на Толика и… влюбилась с первого взгляда»

 

-                     Правда, что долгое время вы вообще не знали украинского языка?

-                     Я – чистокровная молдаванка. Ходила только в молдавскую школу. Собиралась поступать в кишинёвский институт, но потом родители решили, что это очень далеко. Поэтому я выбрала Черновцы. Но и там проблем с языком не было: я неплохо знала русский.

-                     Тем не менее ваши родители настаивали на том, чтобы зять обязательно был молдаванином…

-                     Не то чтобы настаивали. Это было само собой разумеющееся. Большая сельская семья, шестеро детей… Но когда они первый раз увидели Толика, не стали возражать.

-                     То есть сначала он нашёл подход к вашим родителям?

-                     О, нет! Сначала ему надо было справиться со мной. История нашего знакомства довольно романтична. Толик был уже достаточно известным трубачом, когда я стала победительницей республиканского смотра художественной самодеятельности. Тогда моё фото поместили на обложке журнала «Украина». Это был потрясающий успех! В то время Толик служил в армии в Нижнем Тагиле. И когда в части получили этот журнал, рассказывал, что сразу воскликнул: «Ребята, посмотрите, какие красавицы у нас на Буковине!» Вырезал мою фотографию и повесил над своей кроватью в казарме. При этом дал слово, что приедет в Черновцы и найдёт меня.

-                     Таки добился своего…

-                     А добивался два года! Он нашёл меня через наших общих знакомых. Но особого впечатления на меня сразу не произвёл. Уж и поводила я его за нос! Назначала ему свидания, а сама не приходила. Посылала подруг, чтобы они рассказывали ему, как я занята. Чаще всего я назначала ему свидание возле нашего общежития в Черновцах. Там росла красивая акация и стоял фонарь. Помню, все девчонки собирались у окна, выключали свет и наблюдали за Толиком. А мне и дела до него не было. Пока в один прекрасный день мы не встретились с ним взглядами. Это было в мае, мы с подружкой шли по красной площади в Черновцах и вдруг увидели нашего педагога с Толиком. Преподаватель сказал, что завтра у нас репетиция, и вдруг я посмотрела на Толика… Не знаю, что случилось. Но я его увидела ДРУГИМИ глазами! Аж мурашки по коже побежали! Вы знаете, как это бывает, когда влюбляешься с первого взгляда и понимаешь, что с тобой произошло. На второй день после репетиции Толик уже пошёл провожать меня домой. Через год мы поженились…

-                     А тут вы ещё получили золотую медаль на IX Всемирном фестивале молодёжи и студентов.

-                     Кстати, именно там мы впервые стали работать с Толиком вместе. Нам срочно понадобился бас-гитарист. Толик за две недели научился играть на бас-гитаре и поехал со мной на фестиваль. А приехали – и сразу в загс. Это была просто безумная любовь!

-                     Ревновали?

-                     Я всегда была очень ревнивой. Настолько его любила, что мне казалось, если я сделаю один неверный шаг даже за тридевять земель, он всё равно это почувствует. Сейчас мне очень тяжело. Толик болеет, но, слава Богу, у меня есть сын, невестка, внуки. Я специально переехала в Киев, чтобы быть рядом с детьми, ощущать их поддержку…

 

             «Папу исключили из партии, брата – из комсомола, а мне посоветовали уехать из Черновцов»

 

-                     Как сейчас чувствует себя ваш муж?

-                     У него обширный инсульт, он почти не говорит. Правда, сам ходит и ест. Со сколькими врачами я консультировалась! Возила Толика в Германию. Нам сказали, что надо заниматься, разговаривать, ходить побольше. Состояние здоровья моего мужа в последнее время меня очень беспокоит.

-                     Вы идеальная жена.

-                     Не знаю… Наверное, то, что мы полюбили друг друга, было предначертано свыше. Мы не могли поругаться и не разговаривать несколько дней. Бывало, поссоримся, а через пять минут уже смеёмся. И разговоры только об одном – о творчестве. Хотя и отдыхать любили. И умели. Иногда поедем с Толиком на весь день рыбачить…

-                     И вы с удочкой часами стояли?

-                     Конечно! Я же заядлая рыбачка. Помню, как-то ехали на колхозное озеро. Долго не клевало, и вдруг – огромная рыбина. Толик еле вытянул её, и, как назло, у самого берега оборвался крючок. Я, недолго думая, прямо в одежде прыгнула на неё и накрыла собой. Но это ещё что! Когда я уже была на девятом месяце беременности, мы пошли в моих родных Маршинцах на рыбалку. Я села недалеко от берега на возвышенности, а Толик забросил спиннинг. Вдруг вижу: клюнуло. Я забыла, что в положении, - и бегом к Толику. А он давай на меня кричать: «Ты что себе думаешь! Тебе нельзя так бегать!» Потом рассказал своей маме…

-                     Неужели вы со свекровью жили?

-                     Сначала мы жили с родителями Толика. Потом Черновицкая филармония выделила нам двухкомнатную квартиру. Боже, как мы были счастливы. Наша! Собственная! Когда родился Руслан, нам дали уже трёхкомнатную. Но после случая с мои отцом и братьями мы все вместе переехали в Ялту…

-                     Что им тогда вменялось в вину?

-                     Это случилось на старый Новый год, который в те времена нельзя было праздновать. Да что там Новый год! Мы и Руслана-то крестили тайно, ночью. Я даже в церковь не пошла, чтобы меня, не дай Бог, кто-то не узнал. Крестили моя тётя и мама. А в тот день Толя только вернулся из армии… У нас в клубе ёлка стояла, которую к этому времени уже вынесли на улицу. Ребята притащили её в наш двор и подожгли. Тогда в ночь с 13 на 14 января милиция дежурила круглосуточно. Папу подняли прямо с постели, ведь он был партийным. Чем я, кстати, очень гордилась. Бывало прибегу из школы домой, открою шкаф, где папа держал партбилет, и смотрю, затаив дыхание…

-                     Даже партийное прошлое ему не помогло?

-                     Папу забрали. На второй день брата исключили из комсомола. Я пошла на приём к первому секретарю райкома комсомола, но он меня строго отчитал, дескать, какая несознательная у меня семья. Папу тут же сняли с работы.

Через какое-то время я поехала на гастроли в Крым. Со мной встретился первый секретарь крымского райкома и предложил остаться в Ялте. Говорит: «Если хочешь развиваться, уезжай из Черновцов». Щербицкий отнёсся к моему переезду вполне нормально: помог перевезти имущество и весь коллектив «Червоной руты». Все получили квартиры в Ялте. Правда, сразу пошли разговоры…

-                     Говорили, что вы серьёзно больны туберкулёзом.

-                     Да море было слухов! А я ничего не хотела опровергать. Кстати, через несколько лет папу реабилитировали, но он решил не забирать свой партбилет. На самом деле мне очень тяжело было уезжать из Черновцов. Я ещё долго просыпалась по ночам и плакала. Мне часто снился родной дом. И частичка моего сердца до сих пор там, в Черновцах…

 

«Леонид Кравчук помог мне с квартирой в Киеве»

 

-                     Трагическая смерть Владимира Ивасюка, который, собственно, и дал название вашей группе «Червона рута», вызвала много разговоров…

-                     Был такой фильм «Червона рута» с Васей Зинкевичем, Назарием Яремчуком. Тогда мы и подружились с Володей. После фильма Василий и Назарий ушли в «Смеричку», а мы с Толиком создали свою группу. Долго думали, как её назвать. Однажды поздно вечером возвращались из кинотеатра домой, вдруг Толик говорит: «Давай это будет «Червона рута». Наутро наша группа уже так и называлась. А смерть Володи… Она стала для меня шоком. Он был удивительный жизнелюб, у него было море планов. Мы с Володей работали над следующим диском. Ведь он писал в основном для меня. Записывали в Киеве сразу по десять песен. Я всегда говорила: « Володя, ну как ты чувствуешь, что  именно об этом я хочу петь?» Он был гениален! Не верю, что он мог сам покончить с собой. И никогда в это не поверю. Я столько песен Володи не спела. Меня часто ругают за то, что не пою украинские песни. После Володи? Я всё сравниваю с его творчеством…

-                     Тем не менее, несколько лет подряд вы практически не пели в Украине.

-                     Это было в начале 90-х. Тогда все плакали: как мы, что мы?! А я считала: надо не плакать за Украину, а делать всё, чтобы она стала лучше. Гастролируя по миру, я исполняла украинские песни, которые имели огромный успех у зрителей.

-                     Правда, что первым табу с вашего имени снял Леонид Кравчук? 

-                     Да не было никакого табу! А Леонид Макарович прекрасно ко мне относится. Как-то на банкете в честь мастеров России и Украины я обмолвилась, что с удовольствием жила бы в Киеве. Тогда он помог мне приобрести здесь квартиру. Вообще, я всегда старалась избегать встреч с властями.

-                     Разве это было возможно?

-                     Как было раньше? Филармония получала телеграмму: «Срочно направить Софию Ротару на правительственный концерт». Меня никто не спрашивал, хочу я или нет. По идее должна была этим гордиться. А я после очередных гастролей лежу в институте Сеченова с воспалением лёгких! Мне не поверили, посадили в поезд, привезли в Киев. Помню, я пришла на репетицию во дворец «Украина» с высокой температурой. Не могу даже говорить. Режиссёр мне: «Да ты же совершенно больна!» Меня опять на вокзал, в поезд, и я вернулась домой уже с двусторонним воспалением лёгких. А вот другой случай. Надо ехать на правительственный концерт, а у меня страшная ангина. Вызвали врача, он отвёз меня в обкомовскую клинику. Помню, сижу, плачу и говорю врачу: «Вы же видите, я петь не могу». А он на меня смотрит и тихо-тихо отвечает: «Ну хоть вполголоса. Мне сказали, чтобы ты сегодня запела…» Поэтому я и говорю: сегодняшнюю свободу ни на что не променяю. Я пою что хочу, делаю что хочу, общаюсь с кем хочу. И это прекрасно.

 

«Один раз я играла с Тайванчиком в карты. Продула приличную сумму денег»

 

-                     Кстати, по поводу «общаюсь с кем хочу». Ваше знакомство с «авторитетом» Тайванчиком как-то не сочеталось с имиджем звезды советской эстрады…

-                     Между прочим, он мне недавно звонил, волнуется о моём здоровье. Алик мой давний друг и поклонник моего творчества. Мы с ним подружились, когда я только начала петь. В 1972 году в Ташкенте, куда мы приехали с программой «Звёзды советской и зарубежной эстрады». В то время он был известен как профессиональный игрок в карты.

-                     С вами тоже играл?

-                     Это было один раз. Играли на деньги, и я продула довольно приличную сумму. Я растерялась, а он говорит: «Поняла, что такое играть с профессионалами? Так что больше не садись». Мы были дружны с его женой, и до сих пор встречаемся с его сыном и дочкой. А сплетни…За мою творческую жизнь их было две: одна связана с Тайванчиком, а другая – с существованием специально оборудованной студии, на которой записывались мои песни.

-                     Вы и в этом смысле чисты?

-                     Конечно! Просто кому-то не за что было зацепиться в моей биографии. Есть люди, которые хотят создать себе популярность за счёт других. Я же просто не реагировала на сплетни. Хотя могла сочинить себе тысячу историй. Да что там сочинять! Мне предлагали фиктивно выйти замуж. Но я сказала: «Вы не по адресу обращаетесь…»

-                     Тем не менее вам до сих пор не удалось прекратить разговоры о вашем конфликте с Аллой Пугачёвой.

-                     Да не было этого никогда! Просто мы обе были слишком популярны! Наши поклонники вечно между собой дрались. На мой день рождения её фанаты обязательно приезжали ко мне в Ялту, разрисовывали мой коридор, писали какие-то гадости. Мои наносили ответный визит. Её очень любили и меня Очень. Не скажу, что мы с Аллой такие уж подружки. Хотя в начале своего творческого пути она часто приезжала ко мне в Ялту. Бывало, раздаётся рано утром звонок в дверь. Руслану было лет пять. Он открывает, а потом ко мне: «Мама, там Пугачёва пришла!» А я только с постели. Она тогда приезжала со своим вторым мужем Стефановичем. Мы вместе гуляли, собирали грибы. Потом стали видеться реже. В прошлом году, когда снимался фильм «Старые песни о главном», она меня пригласила к себе в гости. Приняла шикарно! Стол накрыла! Мы до трёх часов ночи пели и пили.

-                     И Алла Борисовна к вам никогда не предъявляла претензий по поводу того, что вы снялись в фильме «Душа», сценарий которого был написан для неё?

-                     Мы это не обсуждали. Хотя я недовольна фильмом. Я только зря потратила время и здоровье. Сценарий был написан на известных людей – «Машину времени», которую тогда никуда не пускали, и меня. Действительно, фильм сначала должны были снять с Аллой, но она отказалась. Кстати, и я согласилась лишь с третьего раза. Теперь убеждена: человек должен заниматься каким-то одним делом. Думаю, что и у Аллы с её фильмами не так уж и удачно получилось.

-                     Рассказывают, что как-то во время съёмок артистов балета хотели одеть в ваши старые наряды и только одной танцовщице платье пришлось впору…

-                     Они оказались на всех малы! И это при том, что я никогда не следила за своей фигурой! Если бы вы видели, как я ела! А была худющей!.. Когда в школу ходила, всегда поддевала что-то под кофту, чтобы казаться толще. Помню, больше всего из-за этого переживала мама, вечно меня спрашивала: «Доченька, почему ты такая худая?». А потом, когда я стала работать и собирала тысячные стадионы, дворцы спорта, тут уж совсем не до жиру было.

-                      Зато, наверное, золотые горы имели…

-                     Если бы я жила в правильном государстве, я бы имела возможность работать не только на нашу большую страну, но и на себя, все доходы от концертов, многомиллионных тиражей грампластинок, тогда шли государству.

-                     Что, так мало платили?

-                     47 рублей 50 копеек за один концерт. И это считалось «потолком». А я давала по три-четыре, а то и пять концертов в день, причём «вживую»! О фонограммах тогда даже понятия не имели. Свой рекорд я поставила в Челябинске – 47 концертов во Дворце спорта за месяц! Там же заводы работают посменно. Помню, восемь утра, я уже крашусь, причёсываюсь, потому что первый концерт в десять. Клянусь вам! Всё откладывала деньги на книжку, думала, богатой стану. А потом в один день от этих денег ничего не осталось. Слава Богу, что сейчас я могу работать и получать приличные деньги. Вот недавно в Санкт-Петербурге сама сняла клип у самого известного российского клипмейкера Олега Гусева.

-                     Да вашей энергии можно только позавидовать…

-                     Иногда прихожу на концерт усталой, сажусь перед зеркалом, начинаю гримироваться. А потом выходу на сцену и со мной словно что-то происходит. Где вся усталость? Не знаю! Я словно другая! А ухожу со сцены, опять усталая. Просто из зала идёт энергия, питающая меня. И я сама этому удивляюсь. Но так было всегда. Между прочим, я знала, что буду певицей. Мама говорила: «Наша Соня вся там, на сцене…» Я и сыну своему Руслану поэтому немного времени уделяла.

-                     И на внуков, небось, не хватает?

-                     К сожалению… Внучка Соня недавно меня порадовала. У неё прорезались два нижних зубика. Она для меня словно подарок. Я всю жизнь мечтала о дочке, но боялась, что перерыв в творчестве будет слишком большой. Так и не смогла решиться на второго ребёнка. Зато теперь у нас с мужем есть продолжение в наших внуках – Толике и Соне…

                                                          Таисия Бахарева

                                                                  «Факты»

                                                                            14 декабря 2001 г.

Прислала Шин Маргарита , г.Алексанадрия ,Кировоградской обл. Украина