день женщины

Романтикэ - Неспешность и подлинность звездного бытия

Неправильная она какая-то. Типичные звезды публично скандалят и заключают липовые браки, устраивают истерики из-за пустяков и по-детски капризничают, требуя Луну с неба. А романтичная София о Луне песни поет и наблюдает, как та совершает заплывы в ночном море. В принципе, ей уже можно было бы позволить себе выкинуть какое-нибудь коленце, расслабиться, сделать что-нибудь не так - - Ротару все равно будут любить. Мешает диагноз: абсолютная перфекционистка, может жить и творить только безупречно. Что отнюдь не означает - скучно. Потому что она была и остается звездой с особым вкусом к жизни.

София Михайловна Ротару

Родилась в селе Маршинцы Новоселицкого района Черновицкой области в семье бригадира виноградарей колхоза им. Жданова. Вторая из шестерых детей.

Окончила Черновицкое музыкальное училище, Кишиневский институт искусств им. Музыческу. Работала солисткой Черновицкой и Крымской филармоний. Народная артистка Украины, народная артистка Молдавии, народная артистка СССР. «Женщина года», «Человек XX столетия», «Лучшая украинская эстрадная певица XX столетия». Лауреат премии «Овация». Кавалер Ордена Святой княгини Ольги I степени. Герой Украины.

Исполнила более 400 песенных произведений. Снялась в музыкальных телефильмах: «Червона рута» (1972), «Пicня буде помiж нас» (1974), «Вас приглашает София Ротару» (1985), «Монолог о любви» (1986), «Золотое сердце» (1989), «Караван любви» (1990), а также сыграла главные роли в художественных фильмах «Где ты, любовь?» (1980) и «Душа» (1981).                   

 Ялта. На рассвете

она выходит в море удить рыбу. «Такой клев в это время!» Рыба ей, конечно, не очень нужна, но сам процесс... Закутаться в прорезиненный плащ, забросить снасти и на какое-то время о них забыть: туман в клочья разрывают первые розовато-золотистые лучи, протуберанцами высвечивают застывшую бирюзу.

Она — «жаворонок». И когда в раннем ялтинском утре концентрируются все возможные и невозможные ароматы, София Михайловна идет в сад. Потрогать влажную листву. Поговорить со славными «ребятами» персиками, инжирами. Приласкать «девчонок» — яблони, груши, розы, акацию. Вдохнуть горько-сладкий запах воспетой на весь Союз горной лаванды. Из стран и кон­тинентов, где бывает, Ротару привозит семена и саженцы разных, в том числе экзотических, растений. Казалось бы, невозможно, не приживутся, хотя климат и благодатный, но все-таки не тропики и не пустыня. А у нее, не по­верите, растут! София любит весну. Ждет ее с нетерпением. Не только потому, что она такая романтичная и полностью соответствует ее группе крови. Это время начала посадочных работ. София Михайловна каждое апрельское утро обрабатывает свои десять соток и, как истинный ботаник (зря, что ли, живет рядом с ботаническим садом?), знает историю каждого цвет­ка, знает, где найти ему удобное место, когда поливать и чем удобрять. Перебирает каждую травинку, каждый стебелек. Да и огородный инвентарь хорошо помнит тепло рук хозяйки. Зе­лень, овощи и фрукты, которыми, в основном, и питается артистка, свои. Предмет особой гордости — лук и помидоры.

Никитский дом и сад созданы Ротару собственноручно, кирпичик к кирпичику, кустик к кустику, отсюда и взаимная любовь. Каждый, кто хоть однажды побывал в гостях у Софии Михайловны, отметит без преувеличения, что там живет, припеваючи, домовичок уюта. И ничего в доме нет от «великоартистического» шовинизма и снобизма, все просто, но со вкусом. У Ротару теперь есть киевская квартира, которую, как сама говорит, уже успе­ла полюбить и где обитает в межсезо­нье. Но разве сравнится она с приморским островком, тихой гаванью, где можно поставить на прикол сверх­звуковой катер жизни и расслабиться? «Мой любимый дом - - в Крыму, а любимое место в доме — на кухне или в саду. Нечасто в гастрольной жизни выпадают минуты, когда есть возможность побыть наедине с собой. Поэтому мой дом — моя крепость». Кстати, чтобы построить эту неболь­шую двухэтажную «крепость» с ман­сардой, София Михайловна с сыном Русланом, как заправские челночники, делали шопинг в Турции. Везли оттуда стройматериалы, дефицитные хозяйственные мелочи, посуду, шторы -время-то было скупое на красоту, а Ротару без нее жить не может. Руслан же, приобретя соответствующий опыт, сделал своим хобби умение превращать холодное и пустое пространство в человеческое.

Как крепенькие грибки боровички, среди зеленого буйства живут внуки -«смысл жизни». Старший учится в Британской международной школе, а младшая делает певческую карьеру под руководством любимой народной артистки. Между прочим, танцует и поет с полутора лет. Лето — это их время порадовать Соню (только так, а не всякой там бусей-бабусей они ее называют), надышаться свежим воздухом, протянуть руку, сорвать с порога персик и съесть его немытым. Анатолий с утра до ночи может играть за компьютером, а вот «малая» (так домашние зовут Сонечку), едва проснувшись, берет Соню-большую за руку, и вместе они  совершают утренний познавательно-собирательный обход владений, то есть София Михайловна рассказывает о растениях, заодно собирая дары природы на завтрак. В остальное время бабушка тоже не может жить без Толика и Сонечки-младшей, но у них в Киеве дел много.

Киев. Утром,

если это не Ялта и за окном не чирикают птички, а суетливо снуют автомобили, она позволяет себе подольше оставаться в постели, понежиться, «полноценно проснуться». «Лично для меня нормальный сон — восемь часов. Если я регулярно не высыпаюсь, то, в первую очередь, это сказывается на голосе: он продолжает "спать". К тому же, в такие дни я, как любой невыспавшийся человек, чувствую себя заранее уставшей и раздраженной».

Ей легко дышится в простых вещах, поэтому с утра она впрыгивает в свитер, джинсы и кроссовки. Или деревенский сарафан.

София Михайловна не из тех дам, которые весь день страдают оттого, что забыли сделать маску или нанести крем. Она следует собственным желаниям и возможностям: «Когда есть время, с удовольствием балую себя разными процедурами и масками в том числе. Использую для этого и профессиональные линии, и собственноручно изготовленные, особенно летом, когда под рукой столько натуральных витаминов! Единственная процедура, которую я делаю регулярно, по утрам, — умывание минеральной водой. Это святое!»

Утром она не красится, и если не дышит в затылок напряженный день с выходом на люди, так, естественной, и живет до вечера. Когда чуть ли не каждый день надо носить на лице «перчатки» из тяжелого концертного грима, да еще при палящих софитах, измученная кожа просит выходной. И Ротару с удовольствием потакает ее капризам: «В повседневной жизни я даю коже отдохнуть и пользуюсь минимальным количеством косметики. В моей сумочке можно найти только самое необходимое: компактную пудру, блеск для губ, тушь и румяна. Все от МАС. Я пере­пробовала продукцию практически всех известных марок и сейчас окончательно остановилась на этой».

Концертно-гастрольный роман требует много сил, мощного тонуса.

Как теперь выходить на сцену, ощущая сквозняк оттого, что место рядом с ней пустует? О покойном муже Ротару говорит редко и мало: зачем слу­чайным людям бередить личную незажившую рану?

Свой последний альбом София Ро­тару пророчески назвала «Я тебя по-прежнему люблю!» Она чувствовала, что именно такие слова ей придется говорить человеку, с которым прожи­ла более тридцати лет. Я была на ее сольном концерте в Киеве, когда София Михайловна дрожащим голосом попросила со сцены: «Эту песню я посвящаю Анатолию Евдокименко, своему мужу. Он сейчас очень болен. Поддержите его, пожалуйста». И спела песню «Чекай». И сердце ее поистине рвалось помочь.

Их союз -  классический образец судьбоносности. Есть такая легенда, согласно которой люди раньше были двуполые — с одним телом на двоих, но с двумя головами, четырьмя руками и ногами, умели быстро и хорошо думать, а также работать и убегать от опасностей. Бог увидел, что ничем не может их уязвить, и решил разделить, тем самым ослабив и заставив искать по белу свету свою половинку, чтобы вновь обрести силу. Он служил в Нижнем Тагиле, а она была солисткой Черновицкой филармонии. Случайно увидел фото Сони на обложке журнала «Украина», влюбился и отправился за тридевять земель на поиски своей королевы. Только она не сразу оценила решительность парня, приняв его искренние чувства за нелепую навязчивость. Анатолий не сдавался, выучил молдавский язык, каждый вечер приходил под окна ее общежития. И так два года. Потом сказал себе: «Или пан, или пропал», -и воспользовался в первый и последний раз помощью брата, первого секретаря обкома. Ротару была в училище, когда прибежала запыхавшаяся секретарша: «Соня! Скорее! Тебя из обкома спрашивают». Перепуганная девушка чуть не задохнулась от такой наглости. Но дала согласие выйти замуж.

Через несколько лет в одном из интервью певица сказала: «Единственная и настоящая любовь всей моей жизни - это муж Толик. Я без него как без рук. Нет, как без голоса!» Он был ее другом, грузчиком, режиссером, постановщиком, врачом, продюсером, отцом, мужем, директором, телохраните­лем, исполнителем любых капризов... Муж обожал, боготворил Соню. Но ребенка не хотел, считал, что его любимой дороже всего на свете песни. Жена же думала иначе и пошла на хит­рость, сымитировала беременность. Муж расслабился и появился Руслан. После рождения сына Анатолий организовал для Софии ансамбль «Червона рута» при Черновицкой филармонии, стал его художественным руководителем. А в 1976 году, когда из-за начи­нающейся астмы врачи настоятельно рекомендовали Ротару больше отдыхать и вообще поселиться в Ялте, именно он заставил строптивую жену переехать в Крым. София хотела бы родить еще и девочку, но ей и так доставляла боль невозможность частого общения с сыном из-за плотного графика гастролей и концертов. Хоть парень и вырос славным, серьезным и все понимающим, обречь еще одного ребенка на тоску по маме она не смогла.

А потом пошла длинная черная полоса. В 1984-ом случилось первое несчастье: София потеряла чувство реальности прямо на сцене — сказалось колоссальное нервное перенапряжение, 137 концертов подряд. Потом прооперировали горло — на голосовых связках многих артистов образуются пом­пы. Ротару не послушала врачей и попыталась петь на десятый день. Свалилась с жуткими осложнениями. Ну а потом началась череда инсультов у Анатолия Евдокименко и неустанная борьба за его здоровье. Все, что зарабатывала, уходило на лечение, на заморских врачей, консилиумы и массажи... Он в больнице, а она поет для битком забитого семитысячного ялтинского стадиона «Авангард», дает согласие то на гастроли, то на съемки в новогоднем киевском мюзикле. Весть о последнем кризисе застала Ротару в Германии. Она успела попрощаться -любимый на несколько секунд пришел в сознание. Сын не успел.

На ночь

глядя она старается остаться одна, отключить связь с внешним миром и погрузиться в мир внутренний. Анализирует прожитый день. Если и сожалеет о чем-то, так лишь о том, что быстро пролетают годы, что так мало времени у нее было для родных людей. Потом обдумывает планы на завтра. Пьет зеленый чай с мятой, читает книгу или листает новые журналы, изредка бросая взгляд на мелькающий экран телевизора. Если сон не придет, примет ванну, послушает музыку, короче говоря, перепробует весь «джент­льменский набор». Когда одолевают мысли, в голове роем копошатся проблемы, подкрадывается бессонница. София Михайловна старается не пус­кать ее в свой дом. «Нельзя лишать себя сна! — убеждает себя артистка. -Для меня сон имеет огромное значе­ние!» — твердит она свои мантры. И бессонница сдается, фыркает, убирается восвояси, к другим  - не таким сильным, как Ротару, артисткам.

ЕЛЕНА КИРИЧЕНКО